Поддержите сайт: номер кошелька Яндекс-Деньги - 410011377083748

Наш Прометей

«Во имя науки не следует окрашивать фигуру титана тем поэтическим ореолом, который создали ему греческие писатели. Прометей был... плотно сложенный на лоне природы Кавказа дикарь, покрытый густо, как шерстью, волосами, с искривленными, но крепкими ногами и мощными руками. Ему чужды были одежды. Однако это был человеческий гений. Он сумел овладеть огнем и ремеслами и тем са­мым основал первую и великую эпоху в жизни человечества».
Ф. А. Щербина.
«История Кубанского Казачьего Войска».

В «анапской биографии» Прометея самым интересным является не только поиск скалы, где он был прикован, но и тот вековечный спор о месте зарождения древнейшей мифо­логемы о герое-богоборце.

В пользу Плоской скалы Навагирского хребта, нависшей над морем на Большом Утрише, к которой был прикован Прометей, есть десяток свидетельств авторитетных писателей от Эсхила (VI—V века до н. э.) до Эвлия Челеби (XVII век).

Кое-что прочно забытое о трагической фигуре великого страдальца ради лучшего удела человеческого рода напом­нить нужно. Со стародавних времен, когда просвещенные эллины (самоназвание греков) канонизировали переданную им «бородатыми варварами» легенду о непокорившемся Зевсу титане, Прометей стал сопровождать повседневную жизнь человека, превратившись в идеал, в героя общечеловеческой культуры.

По мифам в изложении английского ученого Роберта Грейвса известно, что Прометеос — сын титана Иапета (Яфета) и Асии (Азии), внук Ноя и Океана. Уже понятно, что ро­дился он на Кавказе: потоп, Арарат, яфетические языки и народы...

В Северном Причерноморье и Восточном Приазовье Западного Кавказа, в далекие времена арьи, пришедшие из Заполярья-Зауралья, сделали долгую остановку перед тем, как разойтись по Ойкумене и передать корни своего праязыка и культуру, в конечном итоге, почти половине человечества.

В арийских «Ведах» нашего героя звали Матарисван или Агни Прамати, что на санскрите означает — «огонь, добыва­емый трением сухого дерева прутом — праматой». В буквальном смысле индоарийские корни «пр» и «мат» обозначают «знатока огня».

Поэтому в Армении его назвали Мгэр — «солнечный бог», в Грузии и Осетии — Амирани, «сын солнца». В Абхазии героя звали Абр-скил — «сын, рожденный светоносным камнем».

В Черкесии у адыгов один из нартов (нарт — богатырь), похитивший огонь у бога, стал главным героем эпоса «Нарты» под именем Саусырыко (Савсорук), «рожденного в светящемся камне», «сына, горящего огнем», «огненного мальчика». По прошествии эпического времени он превратился в Нэсрэн-Жане, в «седобородого провидца», в «промысел Божий». Тот же смысл имени Прометея у скальпировавших его греков — «предусмотрительный провидец».

В домах фанагорийских натухайцев Тамани писателю-просветителю середины XIX века Султану Крым-Гирею рассказывали быль о богатыре Телале-Джедале, укравшем для людей огонь у Тха-Дия и прикованном за это к горе Кафидаг на Одиссее, т. е. на Кавказе в «отдаленном месте», что на санскрите звучит как Утиос. Это название созвучно слову Утриш. Тело богатыря терзал «кровожадный орел» Ныбэджай, вероятно, гнездившийся в известном всем туристам одноименном ущелье в 30 км севернее Утриша. Орла убил нарт Хымышко Петерез, «морской огонь прямого носа» (вот вам греческий профиль Геракла, в подобных обстоятельствах здесь же покончившего с орлом и освободившего Прометея).

Всех этих сопоставлений и обязательных глубинных лингвистических раскопок, вычленения дефисами корней вполне достаточно, чтобы сказать: Прометей был прикован к Плоской скале, и завершить, наконец, спор о корнях Прометеева мифа в пользу анапского Черноморского побережья. Мимо «Ана-горы» плыли аргонавты, «слышали стон титана», к ней уходил Геракл на поиски героя.

Начало мифа о титане, точнее, одно из начал — в наших горах! Посмотрите на Плоскую скалу Большого Утриша, она выделяется своим размахом. Посмотрите со скалы на море. Вечные скалы и вечное море. И бессмертный миф о Прометее.

Виктор ЧАЩИН, историк