Поддержите сайт: номер кошелька Яндекс-Деньги - 410011377083748

К истории адыгского населения Суворово - Черкесского посёлка Кубани в 19 – начале 20 века

Брацун Е. В. (г. Краснодар), аспирант КубГУ, 
младший научный сотрудник НИЦ ТК ГБНТУ Кубанский казачий хор

В наше сложное время осложнения межэтнических отношений в России, всё чаще для разжигания межнациональных отношений в средствах массовой информации пишут и говорят только о негативном. О «геноциде черкесов русскими» с одной стороны, о «кавказском криминале» с другой. На фоне таких публикаций актуальны темы  мирного соприкосновения двух культур. История знает множество фактов русско-кавказского боевого содружества и мирного проживания кавказцев на казачьих землях. Например, в XIX - начале XX вв. в жизни Черноморского, а затем и Кубанского казачьего войска свою роль играли адыги выходцы и переселенцы с левого берега Кубани. Процессы перехода адыгов к казакам по разным социальным и политическим причинам были подробно изучены и освещены в дореволюционной историографии П.П. Короленко, И.Д. Попко, Я.Г. Кухаренко, А.М. Туренко, и Ф.А. Щербиной. В советской - М.В. Покровским и А.Т. Керашевым. В современной историографии можно выделить работу по истории Гривено-Черкесской станицы, которую подготовил Аюб Чемсо. Всеми вышеназванными историками в большей степени изучена история станицы Гривено-Черкесской и татарского селения Ады. Гораздо менее исследована история населённого пункта Суворово-Черкесского. В своей статье хотелось бы на примере этого поселения показать жизнь одной из компактных групп проживания адыгского населения в казачьем пространстве Таманского полуострова в XIX - начале XX в.

Станица Суворовская основана в  1843 г. на месте существовавшего когда-то аула Хатрамтук (что переводится как «Куток, земля Хатрамовых») и урочища Суворовская батарея. Тогда левобережная Кубань в районе крепости Анапа активно осваивается восточнославянскими переселенцами. По преданию, именно в этих местах переправлялся на левый, тогда ещё турецкий, берег р. Кубани в XVIII в. генерал А.В. Суворов для переговоров с черкесами. Возникновение же собственно населённого пункта Суворово-Черкесский связанно с формированием воинского подразделения дружественных России адыгов, преимущественно из натухайцев и шапсугов, названного Анапским горским полуэскадроном. Ещё в годы Кавказской войны недалеко от станицы Суворовской находилось укрепление, в котором квартировался Анапский горский полуэскадрон, прикрывавший крепость Анапу с северного направления. Учитывая, что полуэскадрон был не просто воинским подразделением, а целой воинской общиной, где наряду с всадниками бок о бок жили и члены их семей, закономерно, что в какой то момент было основано поселение. Казачья же станица Суворовская перестала существовать в годы Крымской войны 1853  - 1856 гг., когда Российская армия вынуждена была оставить Новороссийск, Анапу и прибрежные территории Чёрного моря. 

Само поселение Суворово-Черкесское возникло в 1863 г. на место бывшей станицы Суворовской. Его основали несколько десятков семей горцев, служивших, как уже было сказано, в Анапском горском, а с 1861 г. в созданном (на основе полуэскадрона) Кубанском Конно-Иррегулярном эскадроне. В этом эскадроне преимущественно служили изгнанные из шапсугских и натухайских племён сторонники «аристократической партии» и их приверженцы: «Государь Император согласно ходатайству Его Императорского Высочества, Командовавшего Кавказскою Армией, в день 18 апреля 1863 г. Высочайше повелеть соизволил водворить на месте бывшей станицы Суворовской семейств всадников, состоящих на службе в Кубанском Конно-Иррегулярном эскадроне и получающих от казны содержание на свои семейства, отдельным аулом, с отмежеванием по 7-ми десятин на каждую душу мужеского пола. Водворённым, таким образом, всадникам, в случае упразднения эскадрона проживать на означенном месте на правах инородцев, обитающих в приделах Кубанского казачьего войска» [1]. После окончания Кавказской войны XIX в. горцы, воевавшие за Россию в Анапском горском полуэскадроне, осели в тех местах, где проходила их служба, с которой связанна и сама их история. Земля на месте поселения станицы Суворово-Черкесской была исторически землёй племени натухайцев. По словам черкесского этнографа Султан Хан-Гирея, натухайское племя издревле славилось земледелием и оседлостью на родной земле. Это не маловажный факт в образовании такого уникального поселения. Примерно из этих же мест происходил и род знаменитого черкесского военного и политического деятеля Сефер-Бея Зана. С другой стороны, горцам, воевавшим за Россию против своих же соплеменников, вероятно, было трудно психологически вернутся на место расселения большинства адыгов. Служивым горцам давали в поселении по 10 десятин земли за службу, пришлым «мирным» по 7 десятин,  офицерам эскадрона отводилось 200 десятин земли каждому. Высочайшие права на землю при поселении Суворово-Черкесском были дарованы наместником на Кавказе великим князем Михаилом Николаевичем в 1867 г. 22 мая 1867 г. всадники ходатайствовали перед великим князем об оставлении их на этом месте проживания, так как ходили слухи о переселении адыгов в Псекупский и Лабинский горские округа. Всего в 1872 г. горцам был назначен участок в количестве 1770 десятин земли в их общинное пользование [2]. Осознание себя  хозяевами давало импульс к дальнейшему развитию поселения. В 1876 г. в станице открывается одногодичная начальная горская школа-училище, строится мусульманская мечеть. Как и в казачьих станицах, в ст. Суворово-Черкесской были и свои станичные атаманы. В 1874 - 1876 г. эту должность исполнял поручик К.Т. Улагай, в 1878 г. -  Сулим Гунай, в 1881 г. - штаб-ротмистр Гасан Кумкалов,  в 1883 г. - Алибей Улагай, в 1891 г. - он же, но уже старшиной аула.  Так же с именем этого поселения связанна целая плеяда офицерских адыгских судеб, которые разделяли с казаками по братски все труды и опасности.

Коснёмся некоторых статистических данных по истории поселения. В списке населённых мест кубанской области, изданном в Тифлисе в 1885 г., приводятся такие данные по тогда ещё станице Суворово-Черкесской. В станице было 1780 десятин обрабатываемой земли, 75 дворов и 101 дом, коренных жителей (войскового сословия): мужского пола - 211, женского - 183, всего жителей - 232 и 199 соответственно. В станице была своя мечеть и мужское училище. В графе национальность поселенцы указывались как «натухайцы». По переписи в ней проживали такие видные адыги как представители офицерских семей Товшука Улагая, прапорщика Куя-Бека, штаб-ротмистра Кумкалова, дворянина Алибея Улагая. Данные о том, сколько же населения станицы было адыгами, можно почерпнуть из сравнительной ведомости цифровых данных численности горского населения Кубанской области по сведениям 1885 г. и по новым посемейным спискам, составленным в августе и сентябре 1886 г. Так, в 1885 г. в станице проживало горского населения: мужчин - 166, женщин - 159, им принадлежал 71 двор; в 1886 г. - 181 и 168 мужчин и женщин, проживавших в 86 дворах. Это свидетельствует о динамике роста [3].  Сам населённый пункт в разные годы имел статус, станицы, аула, села. Так, к 1873 г. станица Суворово-Черкесская  входила в Темрюкский уезд Кубанской области, к 1888 г. это было село Суворово-Черкесское Темрюкского отдела, к 1917 г. - Суворово-Черкесский аул  Таманского отдела. Но в справочнике по Ставропольской епархии (обзор городов, сел, станиц и хуторов Ставропольской губернии и Кубанской области) Н.Т. Михайлова в 1911 г. этот населённый пункт обозначен как «село Суворово-Черкесское населенное горцами». По переписи 1917 г. в ауле было 109 хозяйств. По данным поземельных сборов за 1909 – 1911 гг. в ауле Суворово-Черкесском землёй владели такие адыги, как Бек Мерем Гасан (100 десятинами земли), Куев – Бек Исса (66 десятинами), Улагай Касполет Товшукович (60 десятинами), его брат Каломет и их мать Какушь (180 десятинами), Шеретлуков Эдык (140 десятинами). 

По переписи 1897 г. это был единственный аул Темрюкского отдела, где проживали адыги: 36 семей (482 человека) в 123 домах. Грамотных было около ста человек. Ислам исповедовало 86 горцев. 174 черкеса занимались земледелием, а 88 батрачили в соседних населённых пунктах [4]. В начале XX в. в станице были открыты нефтяные месторождения, и территория эта была отмежевана в Кубанское казачье войско. Так, в удостоверении аульного Суворово-Черкесского   старшины от 17 октября 1902 г. сказано: «Дано сие от Суворово-Черкесского аульного правления Хаджибею Беку и Индухо Саучасу, в том что они, вследствие повестки землемера Кубанской области, назначаются доверенными для присутствия и указания границ участка войсковой нефтеносной земли» [5]. В августе 1903 г. был составлен план на участок нефтеносной земли в дачах села Суворово-Черкесского. В 1916 г., по сообщения справочной книги «Черноморское побережье Кавказа», «близ так называемого Черкесско-Суворовского аула, находится несколько нефтяных вышек». Это говорит нам о том, что к этому времени в этом месте уже велась добыча нефти. 

Свою роль в жизни поселения играло мусульманское духовенство. Так, в станичном приговоре от 31 августа 1881 г. было представлено суждение о мулле из племени натухайцев, П. Хатувузе «исполнял должность муллы, постоянно трудами своими как в молениях, так ровно и уходами за больными и умершими, относился к здешним вдовам и сиротам человеколюбиво», «в последнюю войну с Турцией, он был при сформировании к сотне милиционеров муллой  и исполнял обязанности свои исправно и постоянно находился в рядах со всадниками и наравне с ними исполнял службу, одушевлял их и поддерживал в них военный дух». Горцы испрашивали наградить его потомственным участком земли  ввиду смерти жены и наличия 3 малолетних детей [6]. В октябре 1885 г. был поднят вопрос о «награждении магометанского духовенства казачьих войск». Ввиду этого в записке войскового хозяйственного правления от марта 1886 г. было отмечено о назначении земельного участка «разной величины магометанскому притчу станицы Суворово-Черкесской» [7]. 

Коснёмся вопроса воинского служения  адыгов Суворово-Черкесского поселения в  Кубанском конно-иррегулярном эскадроне, чинами которого и было основано поселение. Эскадрон был сформирован 18 апреля 1861 г. на основе Анапского горского полуэскадрона. На завершающей фазе Кавказской войны эскадрон входил в состав Адагумского отряда. В марте 1865 г. по окончании боевых действий на Кавказе эскадрон переформирован в полуэскадрон, а в январе 1866 г. Кубанский Конно-Иррегулярный полуэскадрон расформирован и взамен его сформирована сотня Кубанской горской постоянной милиции. «Для исполнения полицейских обязанностей внутри округов и для других надобностей назначаются чины Кубанской постоянной милиции, которая учреждается, применяясь к основаниям, изложенным в положении о Терской постоянной милиции, Высочайше утверждённом 29 января 1865 г.» [8]. 

В годы  Русско-турецкой войны 1877 - 1878 гг. из горского населения  станиц Гривено-Черкесской и Суворово-Черкесской была сформирована Конно-иррегулярная сотня Кубанской области. В отличие от Кубанского Конно-иррегулярного полка, который формировался из горцев кубанских аулов левобережья, сотня набиралась из адыгов вышеозначенных станиц, что весьма показательно говорит об их особом статусе в Кубанском казачьем войске. По этому поводу в приказе по ККВ под № 100 от 19 апреля 1877 г. говорилось: «Его Императорское Высочество Главнокомандующий Кавказскою Армиею, по представлению моему, изволил разрешить: для службы в Кубанской области, из жителей этой области, преимущественно Гривенско-Черкеской станицы и Суворовского посёлка, сформировать конно-иррегулярную сотню по утверждённому ГОСУДАРЕМ Великим Князем 14 ноября 1876 года временному нормальному штату конно-иррегулярной сотни милиции, в копии при сём прилагаемому» [9].  Суворово-Черкесская станица дала сотне 41 всадника. Учитывая небольшую численность населения станицы и добровольческие начала этого формирования, можно отметить высокий патриотизм адыгов Суворово-Черкесского посёлка. В составе воинского отряда вместе со 2-ым Полтавским полком сотня несла службу на Таманском полуострове, и прикрывала побережье от возможной турецкой высадки. В декабре 1877 г. ввиду наступавших холодов сотня распущена по домам.  

О высокой воинской спайке адыгов поселения, говорит и факт земельного конфликта случившегося в 80 – е гг. XIX в. Тогда «служившая» часть населения станицы вступила в конфликт с той частью населения, что не служило в Кубанском конно-иррегулярном эскадроне и являлось пришлыми. В поселении чётко делились по принципу службы России в прошлом. 

После начала Первой мировой войны 1914 – 1918 гг. население Суворово-Черкесского аула помня о своём боевом прошлом так же как и казаки откликнулись на начавшуюся войну. 25 июля 1914 г., по сообщению Кубанских областных ведомостей, «в 5 часов вечера черкесское население Суворово-Черкесского общества, Таманского отдела, в присутствии местных властей в мечети совершило молебствие о ниспослании победы русскому оружию» [10]. Отдельные представители адыгов служили и в Русской регулярной армии. Например, поручик Кучук Касполетович Улагай, род которого происходил из Суворово-Черкесской станицы и аула, служил в 18-ом драгунском Северском полку, командуя 3 взводом 5-го эскадрона. В его подчинении находился знаменитый в последующем С. М.  Буденный. В эмиграции, в Чили, после Второй мировой войны К.К. Улагай являлся атаманом общеказачьей станицы Чили, что говорит об уважении им казачьей культуры и памяти о совместном проживании казаков и адыгов на Кубанской земле. Нужно так же отметить, что отец К. К. Улагая, Касполет Товшукович Улагай (сын когда-то атамана Суворово-Черкесского поселения, поручика Т. П. Улагая) относился к славной плеяде адыгских гражданских деятелей, верно служивших России и Кубани. К. Т. Улагай дослужился на гражданской службе в Кубанской области до чина статского советника (равного полковничьему), занимался благотворительной деятельностью, состоя членом Черкесского благотворительного общества, представлял адыгов в Кубанской законодательной раде в 1917 – 1920 гг. По своей основной работе К. Т. Улагай являлся лесничим ревизором, работая в различных отделах Кубанской области в этом направлении. К 1917 г. К. Т. Улагай состоял управляющим в имении великого князя Сергея Михайловича Романова Вардано, на Черноморском побережье Кавказа близ г. Сочи.

Другой род из Суворово-Черкесского поселения, отличившийся на службе России, - это род Шеретлуковых. Они владели в поселении 140 десятинами земли. Одна из представительниц этого рода, Фатима Шеретлукова, обучалась в Анапском  училище для девушек из привилегированных семей. Позднее её отдали замуж за Кучука Натырбова из племени махошевцев. В 20-е годы XX в. семья Шеретлуковых-Натырбовых эмигрировала за границу, сначала в Турцию, потом в США [11]. Другим видным адыгом, выходцем из поселения Суворово-Черкесского был писатель Кадыр Натхо, автор романа «Отчуждённые» о трагической судьбе адыгов на чужбине, ставший после Второй Мировой войны видным общественным адыгским деятелем в США. 

Натухайское поселенцы Суворово-Черкесского аула служили хорошими информаторами и хранителями старины, передавая исторические сведения о черкесах для кубанских историков. Так, в сентябре 1901 г. Е. Д. Фелицин, работая над трудом о черкесском политическом деятеле Сефер-Бей Зане, общался со стариком натухайцем, который ещё помнил времена Кавказской войны XIX и сообщил Е. Д. Фелицину бесценные сведения об истории Северо-Западного Кавказа середины XIX в. [12] 

Можно сделать предположение, что в 1883 г. часть горского населения Суворово-Черкесского ушла в Турцию к ранее эмигрировавшим в середине XIX в. адыгам. В это время из Кубанского областного правления был сделан запрос в управление межевой части Кубанской области о наличии свободной земли «по случаю ухода горцев в Турцию» [13]. В ответе межевой части, однако, сказано об отсутствии свободной земли на участке Суворово-Черкесского поселения. Можно предположить об ошибочности данных областного правления об исходе части горцев в Турцию. 

Революционные события 1917 г. и последующая Гражданская война в России круто меняют судьбу адыгской части населения. С одной стороны адыги активно поддерживали Белое движение на юге России, и часть офицерских родов эмигрировала из России. С другой стороны исход адыгской части населения связан с национальной политикой, проводимой в Советской России в 20 – 30-е гг. XX в. Большей своей частью адыгское население было расселено в Закубанские аулы. Шапсуги - в аулы Шенджий и Тахтамукай, а натухайцы - в аул Натухай. Например, характерна судьба адыгской писательница Натхо Довлетхан Магомчериевны. Она родилась в ауле Суворово-Черкесском в 1913 г., а в 1925 г. её семья была переселена в аул Натухай Тахтамукайского района Адыгеи. Однако по сведениям Р. Трахо, перед Великой Отечественной войной на Таманском полуострове проживало около 600 адыгов. Основным местом проживания, вероятно, был Суворово-Черкесский аул. После 1945 г. последние адыги поселения были расселены по аулам Адыгеи. Но своё название Суворово-Черкесский посёлок Анапского района Краснодарского края сохранил и до наших дней. 

            Предварительные выводы таковы. История поселения Суворово – Черкесского ведёт своё начало от жителей натухайского племени, частью натухайской и шапсугской аристократии, которая в период  преследования своими же соплеменниками (после Бзиюкской битвы в июне 1796 г.) оставалась верной России и доказывала эту верность с оружием в руках, воюя, в том числе, и против своих же соплеменников в Анапском горском полуэкадроне, а затем и в Кубанском – конно-иррегулярном эскадроне. У этой части адыгского «прорусского» населения правобережной Кубани не было соблазнов «перемнуться» к своим или «поднять бунт». Это был служивый аристократический элемент и, как правило, природные воины. Сравнивая Суворово-Черкесское поселение со станицей Гривено-Черкесской, также располагавшейся на казачьих землях в рассматриваемый период, отметим, что в Гривено-Черкесской были абсолютно все категории горского населения, бежавшего из-за Кубани. И между двумя населёнными адыгами поселениями в пределах Кубанского казачьего войска существовало большое различие в области воинского служения и понимания своих обязанностей перед Россией. Помня добрососедские отношения казаков и адыгов, живших бок о бок, адыгский генерал Султан-Гирей Клыч однажды сказал, будучи в эмиграции: «По воле судьбы пришлось жить  во многих странах мира. Я знакомился с обычаями, традициями, психологией населения этих стран. Из опыта прожитых мною лет, из того, что я видел и пережил волей великого Аллаха, скажу вам прямо, что лучше, проще, человечнее русского человека нигде я не встречал, и нет такого на всем белом свете. Самая гуманная нация - это русские. С ними жить легко и просто» [14]. Всё это приоткрывает перед нами ещё одну страницу добрососедской жизни кубанских казаков и адыгов в XIX – начале XX вв. 

Примечания

1. Полное собрание законов Российской Империи. Собр. 2-е. 1863. Т.38. Ст. 39514.

2. Государственный архив Краснодарского края (ГАКК). Ф. 574. Оп. 1. Д. 1613. Л. 28 об.

3. ГАКК. Ф.460. Оп. 1. Д. 209. Л. 7-8.

4. Сенькина Т. Н. Народная память о А. В. Суворове (история названия одного посёлка) // URL: http://www.pandia.ru/text/77/309/52429.php (дата обращения: 15. 08. 2013).

5. ГАКК. Ф. 574. Оп. 1. Д. 3145. Л.18.

6. ГАКК. Ф.574. Оп. 1. Д. 1776. Л. 2-2 об.

7. ГАКК. Ф. 574. Оп. 1. Д. 2289. Л. 9 об.

8. ГАКК. Ф. 744. Оп. 1. Д. 2. Л. 6.

9. Приказы по Кубанскому казачьему войску за 1877 г. 

10. Кубанские областные ведомости. 1914, 2 августа, № 168, С.2.

11. Сенькина Т. Н. Народная память о А. В. Суворове (история названия одного посёлка) // URL: http://www.pandia.ru/text/77/309/52429.php (дата обращения: 15.08.2013).

12. Фелицин Е. Д. Князь Сефер-Бей Зан политический деятель и поборник независимости черкесского народа. Нальчик, 2010. С. 160.

13. ГАКК. Ф. 574. Оп. 1. Д. 2077. Л. 1.

 Источник:--     /http://www.slavakubani.ru/population/sociology/