Поддержите сайт: номер кошелька Яндекс-Деньги - 410011377083748

О грязевых вулканах Тамани писал Жюль Верн

Недавно мой старинный друг, единственный человек в Анапе, с которым я могу перекинуться парой фраз по-монгольски, Анатолий Павлович Почтальянец загнал меня в угол вопросом: «'Кто из великих фантас­тов писал о вулканах Тамани?»* В свое время я прочел массу научно-фантастических произведений, да и мою личную библиотеку подобной литературы знатоки считают солидной, однако ответить на этот простой вопрос не смог. Каково же было мое изумление, когда выяснилось, что о таманских грязе­вых вулканах, или как их еще называют грязевые сопки, сопухи, саизы, макалубы, псевдовулканы, гнилые сопки, горелые могилы, блеваки и т. д. - писал никто иной, как сам Жюль Верн!

Анатолий Почтальянец открыл мне нужные страницы романа "Упрямец Керабан", написанного в 1882 году. Из биографии писателя я узнал, что путешествовал он мало, в наших краях, естественно, не бывал, но фантастика тем и хороша, что можно писать о том, чего никогда не видел.

Автор начинает: "Тамань - это довольно жалкий горо­дишко. Не правда ли, очень напоминает Лермонтова: "Тамань - самый скверный городишко из всех приморских городов России"... Впрочем, герои романа пересекли городишко на карете без остановки и далее отправились по южному побережью таманской бухты - местности, чрезвычайно богатой для охоты. К вечеру, "в час ужина", путешественники остановились на одной из станций с посредственной гостиницей, "но еды в ней хватало". В дальнейший путь они отправились в сторону Кавказских гор уже наступившей темной ночью. "Было около 11 часов вечера, когда странный звук вывел их из полусонного состояния. Это было нечто вроде свиста, сравнимого с тем, который издаёт сельтерская вода, вырываясь из бутылки, но в десять раз сильнее. Можно было по­думать, что из какогото котла рвется по трубе сжатый пар". На вопрос, что происходит, ямщик ответил, что это проснулись грязевые вулканы, и предложил пассажирам покинуть карету и идти пешком верст 5-6 за каретой, так как лошади могут понести.

Было очень темно, но случись сие днём, то "можно было бы увидеть: степь на огромном протяжении как бы вздувалась небольшими конусами из­вержений, схожими с огромными муравейниками Экваториальной Африки. Из этих конусов, пра­вильно обозначаемых научным названием "грязевые вулканы" (хотя вулканическая деятель­ность никаким образом не участвует в данном феномене), вырывались вода, газ и битум. Под давлением водорода, смешанного с углеродом, смесь ила, гипса, известняка, пирита, даже нефти с силой вырывается наружу. Эти вздутия понемногу увеличиваются разрываются и извергают со­держимое, а затем оседают...

Эти извергающиеся конусы в большом количестве покрывают поверхность Таманского полуострова. Встречаются они на схожих территориях Керченского полуострова", но там они были е стороне от дороги.

Теперь кто-то предупредил, что во избежание взрыва закури­вать нельзя. "Курить в этой степи так же опасно, как в пороховом погребе", шли во тьме и очень осторожно. Лошади ржали впереди, вставали на дыбы, и при новой ослепительной вспышке осветившей целую версту, возница не удержал упряжку. "Испуганные лошади понесли, карета умчалась с огромной скоростью. Все остановились. После этой тёмной ночи степь являла собой вид, способный ужа­нуть. Пламя, возникшее на одном конусе, перекинулось на соседние. Они стали взрываться один за другим так же сильно, как ба­тареи фейерверка с перекрещивающимися огненными струями.

Теперь равнина была ярко освещена. В этом свете стали видны сотни толстых огнедышащих кочек, пылающих газом и извергающих жидкое содержимое, - одни со зловещим блеском нефти, другие - с разнообразной расцветкой из-за присутствия белой серы, пирита или карбоната железа.

Одновременно прокатились глухие раскаты. Не собиралась ли земля разверзнуться и превра­титься в единый кратер под давлением излишка взрывчатого материала? Опасность была неми­нуемой".

Надо было как можно скорее пересечь эту зону, благо, дорога среди горящей степи была прекрасно освещена.

Вдруг "ещё более мощный взрыв раздался на самой дороге. Сноп огня брызнул из огромной кочки, за один миг вздувшейся в земле".

Опаленный огнем слегка пострадал герой Керабан, он едва не задохнулся, но его быстро откачали и, как и положено в романе с налетом героики, он бодро стал действовать дальше.

Вновь наступила глубокая темень. "Конусы внезап­но и одновременно погасли, можно было подумать, что рука рабочего сцены выключила театральный рубильник".

Жюль Верн пишет: "Вероятное объяснение таково: под влиянием газа, самого по себе загорающегося от контакта с воздухом, произошло то же, что и в 1840 г., когда выгорели окрестности Тамани".

Вскоре путешественники дошли до кареты, и ночь для них закончилась спокойно. "На сле­дующий день, 6 сентября, в восемнадцати лье от Тамани, обогнув бухту Кизилташ, карета проезжала через городок Анапу, а вечером, к восьми часам, она остановилась в станице Раевской на границе кавказского района".

[выдержки] Л. Баклыков
"Анапа", №95